• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: прочие существа (список заголовков)
00:32 

Юмор! Ведьмы и инквизиторы)))

Герои всегда хотят за что-то умереть, а ведь куда сложнее найти ради чего жить... (М.Гаррибальди, Вавилон 5)

Это цитата сообщения Этар_Вереск_ОБрайан Оригинальное сообщениеСлужба Защиты Ведьм

15.12.2010 в 22:48
Пишет Сова Марта:

15.12.2010 в 23:37
Пишет Куэсси:

15.12.2010 в 00:08
Пишет Rain_zx:
небольшой вклад

Служба Защиты Ведьм
- Служба защиты ведьм, здравствуйте, чем можем помочь?
- Здравствуйте! Помогите, умоляю!
- Верховная ведьма слушает. У вас проблемы с инквизиторами?
- О да, ещё какие!
- Подробнее, пожалуйста.
- Мне предъявлено необоснованное обвинение.
- Колдовство?
- Помилуйте, исключительно женские чары.
- Понятно. Вредительство?
- Да оно мне надо? Лишь бы меня не трогали.
- Шабаши?
- Да только изредка - надоело, знаете ли.
- Отлично, так и запишем: ведёт приличный образ жизни. Так какие именно проблемы?
- Они мне угрожают!
- А конкретно?
- Извращенцы, с Девой какой-то мне познакомиться предлагают... я, знаете ли, мужиков предпочитаю!
- Так, отлично, угрозы действия. Пытки?
- Дамся я им, как же... У них там с собой куча железок каких-то была, так я их даже и на порог не пустила.
- Так, попытка нанесения тяжких телесных повреждений. Продолжайте. Оскорбления?
- Да разве ж это оскорбления? Это комплементы! «Исчадье Ада», «Дочь тьмы» - звучит-то как гордо!
- Значит, оскорбление словом. Ещё какие-то жалобы?
- ДА НАДОЕЛИ ОНИ УЖЕ!
- Мы вам очень сочувствуем и немедленно примем надлежащие меры. До свидания.
***************************************************************************************
- Великий инквизитор слушает. В чём дело, секретарь?
- Вам звонок от Верховной ведьмы. Соединить?
- О, нет, только не... кхм, то есть, соедините меня с еретичкой!
- Ах, вот так, значит, еретичкой?
- Эм... я вовсе не это имел в виду.
- Да неужели? Знаю я вашу породу. А у меня тут, между прочим, очередная жалоба.
- С тех пор, как основана «Служба защиты Ведьм», вы что-то совсем распустились.
- От распустившихся слышу. Так вот: угроза действия, попытка нанесения тяжких телесных повреждением, оскорбление словом. Что скажешь?
- А нечего ворожить направо и налево.
- Исключительно женские чары.
- Да, но вот бороться с ними крайне затруднительно. Это не честно.
- А угрожать женщине Железной Девой - честно?
- Бесплатный пирсинг!
- Ага, так я и поверила... бесплатный только огонь на костре!
- И он тоже.
- А оскорбления?
- Между прочим, называя вас «Дочерьми Дьявола», мы тем самым констатируем факт вашего происхождения от сильной метафизической сущности, некогда бывшей ангелом, близком Господу. Так что можете считать это комплиментом.
- Угу, а костёр - заботливым лечением от насморка...
- И не только от него, а от всех болезней сразу.
- Ну-ну. А жалоб с каждым днём всё больше и больше.
- Ну так и ведьм всё больше и больше. Сама посуди: ежели мы работать прекратим, кто ж людей от вас защищать будет?
- А чего их от нас защищать? Ну, приворожим мужика, ну, попляшем у костра при луне - опять же, бесплатный стриптиз. Между прочим, тебе напомнить, кто вам травки для ваших ядов поставляет? Кто кинжалы заговаривает?
- А тебе напомнить, кто вам старые монастырские котлы под ваши зелья по ломовой цене отдаёт? А остатки чёрной ткани от ряс?
- Я требую прекратить насильственные действия в наш адрес.
- Ничего не могу поделать. У нас тут недовыполнение плана по отлову ведьм.
- Ах, плана значит... Ну ладно, значит так, мой милый, домой сегодня можешь не приходить - ужина не получишь!!!

URL записи
URL записи
URL записи



@темы: Жизнь моя, Прочие существа, Разные интересности, Цитаты, Чужое тварчество))), Юмор, стёб, жизнь, почти правда, религия, смех, стёб, юмор

16:36 

Вот он какой Настоящий дед Мороз))))

Герои всегда хотят за что-то умереть, а ведь куда сложнее найти ради чего жить... (М.Гаррибальди, Вавилон 5)

Это цитата сообщения MISTER_MIGELL Оригинальное сообщение17 признаков настоящего Деда Мороза...



1.Дверной глазок сразу затянуло морозным перегаром.

2.У настоящего деда Мороза руки в синих прожилках, а у ненастоящего – в синих наколках.

3.Температура тела у настоящего деда Мороза не поднимается выше ноля градусов. В нём можно хранить водку.

4.Настоящий дед Мороз добирается к вам не на рогах, а на оленях.





5.Он помнит, как в прошлом году вернулся в Великий Устюг.




6.Настоящий дед Мороз закусывает только снежком или сосулькой и занюхивает Снегурочкой.

7.Настоящего деда Мороза сопровождает только 1 (одна) Снегурочка. Выбирать нельзя.

8.Настоящий дед Мороз никогда не хлопает Снегурочку по попе при детях. Он её хлопает потом, когда думает, что дети уже спят.

9.Настоящий дед Мороз ненавидит стихи.

10.На его мешке с подарками нет эмблемы «Единой России».


11.Если настоящего деда Мороза дёрнуть за бороду, то у него дернется голова.

12.Он очень добрый. Даже после пинка подарит вам что-нибудь.

13.Если настоящего деда Мороза угостить настоящим спиртным, от дедушки останется лужа, которую он и не подумает убирать.

14.После настоящего деда Мороза в туалете пахнет хвоей.

15.Когда он уходит, вещи из квартиры не исчезают! А наоборот – появляются.

16.Он не оставляет после себя визиток вроде «Банкеты, свадьбы, юбилеи!» или «Кандидат физмат наук Айсман Д. М.»

17.Он тоже верит в деда Мороза.


(c)Красная бурда




@темы: Жизнь моя, Прочие существа, Разные интересности, Цитаты, Чужое тварчество))), Юмор, стёб, жизнь, почти правда, смех, стёб, юмор

23:23 

Куда попадали кельты после смерти?

Герои всегда хотят за что-то умереть, а ведь куда сложнее найти ради чего жить... (М.Гаррибальди, Вавилон 5)
В колонках играет - Канцлер Ги - Тень на стене
"Верования кельтов, связанные с загробной жизнью, удивляли своей непоследовательностью еще людей древности: с одной стороны, они верили в перевоплощения души, с другой стороны — в вечную счастливую загробную жизнь. Тем не менее, все, описывающие обычаи кельтов, соглашались с тем, что такие верования благоприятствовали распространению у кельтов презрения к смерти, и оттого они (к примеру, галлы) были безумно отважны. Некоторые древние авторы полагали, что вера в переселение душ была перенята кельтами у школы пифагорейцев, хотя современные исследователи сильно сомневаются в этом.

Мифический Туан жил триста лет в облике человека, триста — как дикий бык, двести — горным козлом, триста — птицей и еще сто — в виде лосося. Этого лосося съедает королева, и Туан возрождается в человеческом облике под первым своим именем.


Иной герой, Талейсин, изловленный в море в облике младенца, доставляется рыбаком во дворец ГВИДИОНА, где демонстрирует свое искусство барда, исполняя песнь, описывающую виденное им в разные периоды истории человечества — от низвержения Люцифера в ад, через ряд эпизодов, упоминающихся в Ветхом и Новом Завете, и до важнейших моментов (в мифологической интерпретации) истории Ирландии.

Рай ирландских мифов располагается на острове или островах, расположенных где-то в океане, и называется Землей Живых, Землей Женщин, Землей Молодых, Равниной Радостей и, наконец, с укреплением позиций христианства, Тир Тарнгири — Землей Обетованной.

По мнению западных кельтов, острова эти были населены богами, духами умерших королей и других героев мифов. Прокоп Цесарейский сообщал о том, как бретонские кельты, жившие на побережье, доставляли души умерших на Британские острова. Ночью этих людей будил стук в дверь, и они отправлялись на берег, где их поджидали глубоко погруженные в воду лодки, в которых, казалось, никого не было. Двигались эти лодки сами, причем с поразительной скоростью, а бретонцы лишь выполняли роль рулевых. По прибытии к британским берегам неведомый голос поименно вызывал души прибывших, и, по мере того как назывались имена, борта лодок все выше поднимались над водой...

Часто герои ирландских мифов отправляются в путешествие к этим таинственным островам, и путешествия эти не всегда заканчиваются благополучно. Один из старых мифов этого цикла — поэма о Бране, сыне Фебала. Соблазнительная колдунья живописно повествует ему о прекрасном острове — Земле Женщин, где нет ни смерти, ни горя, ни несчастий, где вечно звучит прекрасная музыка, а обитатели проводят время в достойных развлечениях, устраивая гонки лодок или колесниц, разъезжая на чудесных скакунах...

Бран, соблазненный описанием, в компании двадцати семи товарищей, отправляется в море и после полного приключений путешествия в западном направлении прибывает на Землю Женщин, где гостей встречает королева острова. После годового пребывания в чудесном крае, где жизнь действительно проходит в непрерывных турнирах, пиршествах и прочих удовольствиях, друзья решают все-таки вернуться на родину, к своим близким. На берегу родной Ирландии собравшиеся люди вопрошают прибывших, кто они. Бран отвечает, что он Бран, сын Фебала, но люди говорят, что не знают Фебала, хотя в древних сказаниях говорится о нем и его- не вернувшемся из путешествия сыне. Один из членов экипажа выскакивает на берег и тут же рассыпается в прах — “будто века пролежал в могиле”. Бран понимает, что на самом деле в мире людей прошли века, и, рассказав собравшимся о своих приключениях, отправляется в обратный путь — в Землю Женщин.

Мотив двух разных систем отсчета времени в двух разных мирах не раз повторяется в мифах кельтов Ирландии, а тема сказочных путешествий дала начало более позднему циклу повествований святого Брендана.

С культом душ умерших были связаны также места захоронения, в особенности те, с которыми связывали биографии мифических и полумифических героев, в особенности богов первых двух поколений. Старинные курганы и кладбища назывались “сид”, а мифические обитатели подземного мира, в который можно было попасть через гробницы (а иногда через пещеры), назывались Эс Сид — “народ сид”. Когда бог подземного сида, МИ-ДИР, похищает у короля Эхеда супругу и забирает ее к себе, муж отправляется в сид, находящийся внутри холма, и, после схваток с темными силами, отвоевывает жену.

Как мы уже указывали, верования кельтов, связанные с загробной жизнью, были не слишком последовательными, однако некоторым образом можно их упорядочить. Некоторые умершие после смерти сохраняли черты своей личности. К таким избранным прежде всего относились те, чья смерть была необычной, чем-то схожей со смертью богов или великих героев.

В первую очередь к таковым относились люди, умершие от заразных болезней. Таким людям ставились специальные надгробия под названием тамлахта. Особое надгробие ставили всем тем, кто пал в бою либо в боевом поединке, являвшемся одним из видов божьего суда. К избранным относились и те, кто умер от руки божьей за нарушения табу или клятвы, а также утопленники; одна из наиболее богатых гробниц была возведена для покойного короля Дату, погибшего от удара молнии. Вообще, наибольшие шансы “заполучить” необычную гробницу — а значит, вести “индивидуальную” загробную жизнь — имели короли, друиды и филиды. Возможно, на развитие ирландской мифологии, получившей славных героев, повлияло и то, что к избранным относились и умершие от несчастной любви. О такой паре рассказывается в мифе, повествующем о влюбленных, чьи сердца разорвались от •боли, когда им сообщили ложные известия о смерти возлюбленного.

Все случаи необычной смерти делали такую смерть как бы обрядовой, свершившейся в результате божественного вмешательства, отчего умершие становились героями мифов и легенд, развивавшихся, обогащавшихся, с веками превращавшихся в литературные шедевры.

Богом, отвозившим души умерших на острова океана, был Мананнан, сын Лера, показавший Брану во время его путешествия дорогу к Земле Женщин.

Был еще один .способ попасть в страну мертвых — быть посвященным в тайные знания, которыми обладали друиды, филиды и великие волшебники. Целью таких путешествий было приобщение к высшей ступени знаний, что было уделом тех, кому удалось опробовать ягод Рябины Знания и Вдохновения. Эта рябина росла над ручьем, роняя в него ягоды, окрашивающие воду в красный цвет. Живущие в ручье форели поедали эти ягоды, и тот, кто съедал такую рыбу или пил воду из ручья, постигал высшие знания. А если священная форель случайно уходила из своих вод, ком.у-то' удавалось поймать и съесть ее, то такой счастливчик также приобщался к таинствам высших знаний.

Рябина Знаний является особым видом Древа Жизни. Ветви ее символизируют лозу — раздвоенную с одного конца палочку, которой и поныне пользуются лозоходцы в поисках воды, а иногда и скрытых сокровищ. Легенда гласит, что людям, отправлявшимся в мир иной, боги-проводники давали такие раздвоенные рябиновые веточки. Избранным считался тот, кто, пользуясь веточкой, находил в стране мертвых источник жизни. В этом случае “счастливчик” уподоблялся божеству и мог общаться с живыми людьми."

Цитируется по изданию: "В мире мифов и легенд"
Автор: В.Н. Синельченко, М.Б. Петров

Источник: http://www.druidism.ru/deadworld.htm



@темы: О Богах, Прочие существа, Разные интересности, Сверхъестественное и непознанное, Скандинавы, ирландцы, галлы и иже с ними, жизнь, ирландия, кельты, легенда, ожившие мифы

23:19 

Суккубы)))

Герои всегда хотят за что-то умереть, а ведь куда сложнее найти ради чего жить... (М.Гаррибальди, Вавилон 5)

Это цитата сообщения Ruby_Lancaster Оригинальное сообщениеСуккубы




Суккубы (по Каббале —Лилит) — духи-женщины, обольщающие мужчин и смущающие их сон.





      По терминологии средних веков, инкубы и суккубы, демоны пьянства,  обжорства, сладострастия и корыстолюбия, очень хитрые, свирепые и коварные, подстрекающие свою жертву к учинению ужасных злодеяний и ликующие при их исполнении».  Вместе с инкубами, они представляют искусителей, бесов, упоминаемых в Священном Писании, но они совершенно пасуют перед честным и праведным духом и ничего не могут сделать человеку, если он не предался порокам. 

       Суккубы или суккубусы, от латинского   «сукку6аре» — «лежать под   чем-либо». 

     Суккубы, досаждавшие святым и отшельникам, но более всего молодым монахам, о чьем мучительном полнокровии выразительно повествуют «Письма темных людей», были по сути своей разжалованными в ранг демонов сиренами, наядами, перш и даже языческими богинями. 

     Конечно, сегодня можно предположить, что презрение к плоти, осуждение  земного не были детищами кучки фанатиков, навязавших свою волю огромной части человечества.

Это презрение к плоти и плотским утехам рождалось не фанатизмом, а лишениями, становившимися   нормой для тысяч и тысяч обездоленных, и неприятием, отторжением мира изощреннейших утех и забав и «чудовищных сладострастий», где разнузданное распутство шло рука об руку с произволом и полнейшим пренебрежением к человеческому достоинству Мира, чьи зыбкие устои зиждились на крови и страданиях. Сочные зарисовки нравов времен Тиберии, Калигулы, Нерона, оставленные нам древнеримским писателем Светонием,   красноречиво рассказывают о том, какую именно «плотскость, какую земную жизнь» отвергали ранние христиане. Светоний показал нам Рим, который не мог не вызывать у них отвращения. 

       Не   минуло   подобной участи и средневеково-христианское осуждение плоти. Проповедники с амвонов клеймили плотские страсти, обрушивались на танцы, отвращавшие от бога и разжигавшие чувства далекие от кротости и смирения: «Многовертимое плясание отлучает человека от Бога и во дно адово влечет... не токмо сама будет пляшущая сведена во дно адово, но и ти (те), иже с любовью позорують (глядят) и в сластех раздвизаются на ню с похотию... Пляшущая бо жена многим мужем жена есть, того дьявол прельстит во сне и наяву...» 

       И прельщал же! Чем настойчивее святые отцы стремились не думать о том, о чем им думать не полагалось, тем настырней были видения  соблазнительных женских ножек и прочих прелестей. Только кознями дьявола можно объяснить тот факт, что бывало, непослушная плоть побеждала самое отчаянное сопротивление. Только тем, что плоть оказывалась в цепких руках Сатаны и сонма его проворных помощников и помощниц.





     Так закреплялось своеобразное отношение к плотской любви, суть которого язвительно и емко выразил Ф. Ницше: «Христианство  отравило Эроса: он, правда, не умер, но превратился в порок». Порок тем более соблазнительный, чем более бранимый и окутываемый тайной. Что ж запретный плод сладок, а скрываемое прельщает куда сильнее явного. В. Ключевский приводит остроумную легенду об одном богобоязненном царе, который с детства внушал сыну, что «черти — это девицы». Сын же увидев девиц, «сказал чересчур осторожному папаше напрямик, что черти понравились ему больше дьяволов».

     Даже   представителям высших эшелонов церковной власти приходилось уступать призывам плоти и, выражаясь   современным языком, разделять в быту совсем иную систему ценностей, нежели та, что воспевалась с амвонов. Может быть, поэтому и в среде католических священнослужителей велись достаточно вольные разговоры о мужской силе, понимаемой весьма недвусмысленно. 

      И тем не менее все эти «ценности» располагались по ту сторону официальной морали. Поэтому-то столь рьяно атаковались происки неуемного Сатаны и его сподручных — ведьм.
Бесчинства  Сатаны  и очаровательных ведьмочек, сокрушавших самые неприступные мужские сердца, укрепляли представителей сильного пола в мысли о том, что влечение к женщине — дело рук нечистого. А уж самые прельстительные и самые желанные существа противоположного пола, так те, бесспорно, чаровницы-ведьмы. Сила же мужского пола — в способности устоять перед коварством их чар. Сила, одна мысль о которой приятно тешит самолюбие. Ведь, что ни говори, а дьявол, или падший ангел, стал таковым, как полагал богослов Ириней, из-за гордыни и похотливой погони не то что за ведьмами, а за простыми дочерьми человеческими. Разве вашему самолюбию не польстит мысль о том что вы хоть в чем-то да выше ангела, хотя бы и падшего? 


 




@темы: Красивый арт, Прочие существа, Разные интересности, Сверхъестественное и непознанное, Средневековая Европа, Цитаты, жизнь, легенда, ожившие мифы

22:43 

Луна в японских традициях...

Герои всегда хотят за что-то умереть, а ведь куда сложнее найти ради чего жить... (М.Гаррибальди, Вавилон 5)

Это цитата сообщения alisa67 Оригинальное сообщениеОсеннее равноденствие и Луна в мировых традициях (I) Цукими Мацури. Япония



Ускользающий-уплывающий в небытие мир, с каждым мгновением меняет свой облик. Каждую секунду — мы в новом мире. Прекрасном. И чужом.  Умение видеть хрупкое совершенство природы и наслаждаться красотой мира (остановиться, увидеть, принять-порадоваться) — счастливое свойство человеческой натуры.





У японцев есть традиция любования Луной — "Цукими". Праздник любования Луной называется "Цукими мацури", и  отмечается у японцев осенью, в полнолуние наиболее близкое к Осеннему равноденствию. Во многих статьях в Интернете можно встретить ошибочную дату — 15 сентября. Но, как вы понимаете, не каждое полнолуние приходится на 15 число сентября в современном календаре. Речь идет о 15 дне лунного календаря. До эпохи Мэйдзи (meiji jidai) в Японии для времеисчисления использовался лунный календарь inreki. После бархатной революции Мэйдзи (meijiishin)  японцы перешли на солнечный.  Поэтому дата  этого праздника «плавающая» — каждый год меняется. Осталось традиционное название — 15-й осенний вечер, день «урожайной луны». 



Издревле любование луной было одним из главных событий осеннего сезона, когда заканчивалась уборка урожая и люди, по обычаю, устраивали трапезу при лунном свете и возносили богу благодарность за хороший урожай. Считалось, что полная луна приносит людям счастье. По древним поверьям, на луне растет лавр, и когда осенью его листья становятся багряными, свет луны особенно ярок. Живущий там лунный заяц толчет в ступе листья лавра и готовит из них лекарство, которое продлевает жизнь, поэтому неплохо умыться ночной росой во время цукими мацури.




В японии существуют даже специальные террасы в домах для любования Луной:



Также этот праздник тесно связан с понятием аки но нанакуса (несколько дней до и после равноденствия) и семью осенними растениями — аги (клевер), обана (серебряная трава, мискантус), кудзу (пуэрария лопастная), надэсико (гвоздика пышная), оминаэси (японская валериана), фудзибакама (посконник прободенный), кикё (китайский колокольчик). Число семь в буддизме символизирует «счастье». В отличие от семи весенних растений, осенние не употребляются в пищу. Основное их назначение — эстетическое удовольствие от созерцания. Японцы восхищаются изящной простотой и красотой этих растений, вдохновляются на создание предметов искусства. Во время аки но нанакуса семью осенними цветами и травами украшают дома. Существует также особое осеннее кимоно с мотивами аки но нанакуса, которое не одевается в другое время года. Луна во время этого праздника традиционно признается наиболее красивой



 


И хотя обычно говорят просто «полная луна» (mangetsu), но для самой прекрасной сентябрьской Луны существует специальное слово – Луна Урожая, полная луна (meigetsu). В сельскохозяйственной средневековой Японии осенью в полнолуние устраивались фестивали в деревнях.



В этот день мальчики шли в горы и собирали каштан (kuri) и камыш  (susuki, мискантус китайский), девочки патринию (ominaeshi, patrinia, патриния, растение из семейства валерьяновых :)) и  (waremokou, кровохлебка, или черноголовик).Этими растениями украшали веранду.






В этот вечер после ужина все собирались с ребятишками на перекрестке дорог, и сделанными из соломы «макивара» били по земле, приговаривая «родись репка большая», то бишь «родись ячмень, уродись пшеница, уродись гречка на треугольном поле» (oomugi atare, komugi atare, sankaku batake no soba atare). Если в этот вечер луну будет хорошо видно, небо будет ясное, то урожай будет хороший (nousaku), ну а если дождь и облачность, то наоброт  (fusaku).



Имелась интересная традиция, позволяющая детям (и не только) брать угощения руками (tegomi de, без салфеточек) и даже воровать выставленные угощения. Считалось хорошей приметой, если данго утащить тайком, его нельзя было взять прилюдно.

Также в этот день можно было утащить тайком и сатоимо с огорода у соседа. Японские этнографы считают эту традицию своеобразным японским «карнавалом», когда разрешается для всех то, что обычно порицается – в данном случае, воровство. Что позволяло выплеснуть эмоции и изжить стрессы.



Есть замечательные истории о Зайце, который живет на Луне и делает в этот день «цукими данго» или «омоти».



 


Данго:



 


Омоти:



 



Почему Заяц живет на Луне? Дело в том, что в очертании темных пятен на Луне японцы (ровно как и китайцы) видят зайца:



 


Заяц что-то толчет в ступе. И японцы и китайцы говорят, что он изготавливает элексир бессмертия.


Заяц и Луна символы очень красноречивые: Луна как и заяц  быстро "скачет", меняет свои фазы. И заяц по видимому символизирует время.  Только время даст нам элексир бессмертия. Так-что не следует торопиться... Можно просто насладиться видом прекрасной полной Луны и порадоваться наступлению осени с ее красотами и полными закромами!


О Лунном зайце замечательно пишет исследователь восточной мифологии Владимир Бондаренко, можно прочитать здесь:


prostor.ucoz.ru/publ/20-1-0-1757


Источники:


community.livejournal.com/all_japan/62396.html


www.manwb.ru/articles/simbolon/mith_and_simbol/...


japanesefood.about.com/od/holidaytraditionalfoo...




@темы: япония, ожившие мифы, легенда, жизнь, Япония, Китай и т.д., Цитаты, Сверхъестественное и непознанное, Разные интересности, луна, Прочие существа, Красивый арт

21:45 

ВОроны в мифологии народов мира.

Герои всегда хотят за что-то умереть, а ведь куда сложнее найти ради чего жить... (М.Гаррибальди, Вавилон 5)
В колонках играет - Ария - Ворон
Настроение сейчас - Мрачноватое


 (500x338, 21Kb)
Прослушать запись Скачать файл

Ворон, широко распространён в мифологических представлениях, обладает значительным кругом функций, связывается с разными элементами мироздания (подземным миром, землей, водой, небом, солнцем), что свидетельствует о глубокой мифологической семантике этого персонажа. Она обусловливается некоторыми универсальными свойствами Ворона как птицы, в частности резким криком и черным цветом. Само слово «ворон» в большинстве языков этимологизируется как указание либо на крик Ворона (иногда звукоподражательно — в романо-германских, кельтскях. палеосибирских, венгерском, ацтекском наименованиях), либо на его окраску (в т. ч. в балто-славянских, арабском, китайском языках). Чёрный цвет Ворона часто воспринимается как приобретённый от соприкосновения с огнём или дымом, в силу наказания бога и т. п.
Предание о падале, по гипотезе К. Леви-Строса, способствует тому, что Вороне функционирует в мифах как культурный герой: падаль — уже не животная, но и не растительная пища, поэтому Ворон олицетворяет некий компромисс между хищными и травоядными, противопоставление которых друг другу оказывается в конечном итоге смягчением фундаментальной антиномии жизни и смерти. Поэтому Ворон воспринимается как медиатор между жизнью и смертью.
Как трупная птица чёрного цвета с зловещим криком Ворона хтоничен, демоничен, связан с царством мёртвых и со смертью, с кровавой битвой (особое развитие получает мотив выклёвывания Вороном глаз у жертвы), выступает вестником зла. Поскольку Ворон в поисках пищи копается в земле, он связывается и с нею; как всякая птица, Ворон ассоциируется с небом. Связь Ворона с этими тремя сферами определяет то, что он (это особенно видно в палео-азиатской мифологии и индейцев Северной Америки мифологии} наделяется шаманским могуществом и, в частности, выполняет посреднические функции между мирами — небом, землёй, загробным (подземным или заморским) царством, являясь, таким образом, медиатором между верхом и низом.
Ворон воспринимается как медиатор (главным образом в северных мифологиях) между летом и зимой (он неперелётная птица), сухим и влажным, солёной и несолёной влагой (связь Ворона или созвездия Ворона с сухим сезоном почти универсальна, сухостью в некоторых мифологиях мотивируется «голос» Ворона; как посредник между водой и сушей он участвует в мифах о потопе; создавая «сушу», Ворон достаёт горсть земли со дна моря; он добывает воду и делает реки, причём пресную речную воду он иногда берёт у хозяев солёного моря)..
Умение подражать человеческой речи, а возможно и долголетие, способствовали возникновению представлений о Вороне как о мудрой вещей птице (ср. его связь с загробным миром). Наряду с этим (особенно в северных мифологиях) Ворон воспринимается как посредник между мудростью и глупостью (он — «мудрый» шаман и плут-трикстер, попадающий впросак или совершающий « безумные » поступки). Ворон является медиатором между мужским и женским началом (ср. его попытки изменить пол, «выйти замуж», и т. п., сопоставимые с шаманством превращённого пола). Выступающий в мифах как существо двойной антропозооморфной природы, Ворон выполняет медиативную функцию между человеческим и животным. Участие Ворона в основных мифологических оппозициях способствует его роли как «серьёзного» культурного героя и одновременно шутника-трикстера. Как культурный герой Ворон осуществляет медиацию в оппозиции природы и культуры.
Ворон — центральный персонаж в мифах некоторых народов Северной Азии и Северной Америки, прежде всего у палеоазиатов чукотско-камчатской группы (чукчи, коряки, ительмены) в Азии; у северо-западных индейцев (главным образом тлинкиты, но также хайда, цимшиан, квакиютль), северных атапасков и отчасти эскимосов (повидимому, в результате заимствования) в Америке. В этих мифологиях Ворон выступает как первопредок — демиург — культурный герой, могучий шаман, трикстер (ительменок. Кутх, корякск. Куйкынняку, чукот. Куркыль, тлинкитск. Иелъ). Он фигурирует в двух ипостасях — антропоморфной и зооморфной, и типологически близок тотемическим первопредкам двойной антропозооморфной природы в мифологиях других американских индейцев и австралийцев. Его деятельность в мифах отнесена ко времени мифического первотворения что, в частности, делает возможным сочетание функций «серьёзного» культурного героя и плута-трикстера в одном персонаже.
В мифах о творческих и культурных деяниях Ворона мотивы у палеоазиатов (как культурный герой Ворон выступает прежде всего у чукчей) и в Северной Америке в основном совпадают. Ворон создаёт свет и небесные светила, сушу и рельеф местности, людей и зверей; он добыл пресную воду у хозяев моря, раскрасил всех птиц (а сам превратился из белого в чёрного), положил начало рыболовству. Эти мотивы можно считать древнейшими, созданными в период генетического единства или длительных контактов предков палео-азиатов и индейцев Северной Америки. Однако последним не известен палеоазиатский миф о Вороне, который вместе с другой птицей (зимушкой или куропаткой) пробил клювом небесную твердь, добыв таким образом свет (но в обеих мифологиях есть мифы о похищении небесных светил в виде мячей у их злого хозяина ради создания света); а палеоазиатам не знакомы североамериканские рассказы о том, как Ворон добился от хозяйки прилива регулярной смены прилива и отлива и о том, как он добыл огонь (у чукчей Ворон создаёт сакральный инструмент для добывания огня).
Существование этих различных, но типологически близких мотивов, возникших самостоятельно в каждом из регионов, подчёркивает общность мифологической семантики Ворона.
Прежде всего как первопредок и могучий шаман Ворон выступает в фольклоре коряков и ительменов. Он патриарх «вороньего» семейства, от которого произошли люди; у него большая семья, и он защищает своих детей от злых духов, помогает в устройстве их браков; а сами брачные приключения его детей суть символическое выражение возникновения и правил организации и функционирования социума (установление дуальной экзогамии через отказ от кровосмешения, установление «брачных связей» с существами, персонифицирующими природные силы, от которых зависит хозяйственное благополучие социума).
Вокруг Ворона и его семьи объединён почти весь повествовательный фольклор коряков и ительменов. Такая «семейная» циклизация отличает палеоазиатский фольклор от фольклора северо-западных индейцев, циклизованного «биографически» — в нём преобладают мифы о «героическом» детстве Ворона и о его странствиях: в Северной Америке Ворон — прежде всего культурный герой, а не «патриарх», хотя и здесь имеются представления о нём как о первопредке. Так, он часто выступает как тотем или родовой эпоним, считается родовым или фратриальным предком. С оппозицией фратрий, очевидно, связано его противопоставление другой птице (лебедю, гагаре, орлу; ср. ниже об иудаистском противопоставлении Ворона голубю; один из представителей семейства «вороньих» выступает в оппозиции к орлу в Северной Австралии, он также является и трикстером) или зверю (обычно волку). В частности, у северо-западных индейцев и у некоторых групп атапасков племя делится на фратрию Ворона и фратрию волка или орла.
В отличие от мифов творения, рассказы о проделках Ворона-трикстера не совпадают по мотивам в палеоазиатском и североамериканском фольклоре, но типологически идентичны. Исключение составляют повествования о мнимой смерти Ворона и о его попытках переменить пол, представляющие пародию на некоторые стороны шаманизма (аналогичные истории рассказывают и о других трикстерах). Таким образом, «трикстерский цикл» о Вороне возник, повидимому, позже, чем мифы творения.
В палеоазиатском фольклоре Ворон-трикстер и прожорлив, и похотлив, но его основной целью является утоление голода. В Северной Америке похотливость приписывается другому трикстеру — Норке, а для Ворона характерна только прожорливость. Разница проявляется также в том, что у палеоазиатов Ворон-трикстер действует на фоне общего голода, постигшего всю его семью; в Северной Америке состояние голода — специфическая черта самого Ворона, возникшая, по мифу, после того, как он съел коросту с кости.
Ворон-трикстер готов на любой коварный обман, часто торжествует, но бывает и одурачен. Если он выступает как представитель семьи (что прежде всего характерно для палео-азиатской мифологии), его трюки удаются, когда они направлены против «чужих», и проваливаются, когда Ворон действует в ущерб «своим», нарушает физические или социальные нормы (покушается на коллективные запасы пищи, меняет пол, пренебрегает половозрастными принципами разделения труда, изменяет жене). Трюки Ворона противостоят нормальной социальной деятельности его детей, «дополнительны» ей, воспринимаются как па-разитарная форма поведения и являются шутовским дублированием, пародийным снижением его собственных деяний как культурного героя и могучего шамана. Там, где Ворон действует вне семейного фона, что характерно и для палеоазиатского и для северо-американского фольклора, его трюки имеют переменный успех. В этом случае он часто пытается удовлетворить свои нужды за счёт других подобных антропозооморфных существ; у палеоазиатов это лиса, волк и др., в Северной Америке — баклан, медведь-гризли, орёл, также волк.
Аналогичная семантика образа , выявляется и в мифологических представлениях других народов Севера:» Азии и Северной Америки. В якуте ЕЖ мифологии Ворон — атрибут Улу Тойоаш», мифического главы чёрных шаманов и имеет демонический характер в эвенкийских мифах Ворон иногда выступает в роли неудачного, непослушного помощника бога-творца. На Севера Америке у индейцев других племе сказания о Вороне встречаются только спорадически, но там известен миф о потопе с участием Ворона (у северно-западных индейцев Ворон. иногда также связывается с потопом): он ПОСЛАН искать сушу, не возвращается, и называется чёрным цветом. Шведская фольклористка А. Б. Рут, СОЦИАЛЬНО изучавшая мотив всемирно— потопа, считает, что эти сюжета. возникли в результате контаминашо индейских мифов о демиурге-ныряет щука, вылавливающем землю, рассказами библейского происхожу ния о всемирном потопе, занесённым миссионерами.
Уже древнейшее сюжетное упоминание о Вороне в вавилонском эпосе Гильгамеше связывает его с мифе» о всемирном потопе: Утнапиштт посылает из ладьи (на которой спасается от потопа) последователь в ласточку, голубя и Ворона, чтобы узнать обнажилась ли суша. Первые две птицы возвращаются, не найдя сухого места, а Ворон не возвращается — свидетельство того, что он обнаружил сушу. В библейском описании потопа (восходящем к вавилонскому Ворону не вернулся, а посланный за тем голубь прилетел с листом оливы, то есть в полном отличии от вавилонской версии Ворон выступает как дурной вестник, а голубь как хороший. Эта же трактовка становится ярче в поздний еврейской (постбиблейской) и мусульманской традициях (Ной проклинает Ворона, делает его чёрным, благословляет голубя). В средневековой христианской традиции Ворон становится олицетворением сил ада и ДЬЯВОЛА а голубь — рая, святого духа, христианской веры (крещения). Так же интерпретация опирается, повидимому, как на еврейскую традицию д отражает иудаистское деление животных на чистых (голубь) и нечистых (ворон), так и на дохристиански-мифологические представления народов Европы, в которых Ворон имеет отчётливую хтоническую характеристику и фигурирует как птица, приносящая несчастье. Появление Ворона на левой стороне дома было дурной приметой, во время сева его появление предвещало неурожай, встреча двух воронов в воздухе — войну В древнеирландской, и особенно древнескандинавской, литературах (восходящих к фольклору и отражающих дохристианскую мифологию) Ворон иногда обладает железными когтями и клювом, есть и образ одноглазого Ворона, что характерно для хтонических существ. Ворон фигурирует в описаниях битв, предвещает гибель героев. Скандинавского верховного бога Одина связанного с царством мёртвых и войнами, сопровождают две мудрые вещие птицы — вороны Хугин и Мунин Ворон, повидимому, связан и кельтским богом Лугом. В античной мифологии Ворон (или ворона) сопровождает богов и героев, связанных с небом и солнцем, с культом земледелия, с войной и подземным царством: Кроноса (и римского Сатурна), Аполлона, Афину (шлем Афины имеет вид ворона), Асклепия. Имеется много упоминаний о мудрости Ворона. Согласно Овидию , Аполлон узнаёт от Ворона об измене любимой им нимфы и в горе делает его чёрным. По преданию Ворон предсказывает смерть Цицерона и др. Вместе с тем отчетливой хтонической характеристики античный Ворон не имеет.
Поверья о том, что Ворон. приносит несчастье, зафиксированы в Северной Африке. Передней, Южной и Восточной Азии. В Древнем Китае ворон был солярным символом; лишние солнца, убитые стрелком И, мыслились как Ворон. Демоническим персонажем Ворон, является в русских сказках Ворон Воронович).






@темы: Сверхъестественное и непознанное, Разные интересности, Прочие существа, Птицы

03:31 

Мифологические коты...

Герои всегда хотят за что-то умереть, а ведь куда сложнее найти ради чего жить... (М.Гаррибальди, Вавилон 5)
В колонках играет - Taproot - Karmaway
Кот, кошка. В ряде мифологических традиций образ Кота выступает как воплощение божественных персонажей высшего уровня. Древнейшее изображение домашней кошки в Египте относится к 2-му тыс. до н. э., её захоронение — к кон. 15 — нач. 14 вв. до н. э. (кладбище кошек обнаружено в Бубастисе — центре их культа и Бени-Хасане). Богиня Бубастиса Баст, связанная с радостью и весельем, обычно изображалась в виде женщины с кошачьей головой, один из её атрибутов — эгида с головой кошки. Случайное нанесение ущерба кошкам, по-свящённым Баст, и особенно их убийство могли караться смертью.
 (650x487, 51Kb)
Баст-кошка нередко смешивается с богинями-львицами Тефнут и Сехмет (Баст иногда изображается с головой львицы), а позже и с Исидой, что обнаруживает связь образа Кошки с идеей царственности. В «Книге мёртвых» Кот сражающийся при дереве ишед (сикимора) в Гелиополе со змеем Ими-Ухенеф, выступает как одна из ипостасей бога солнца Ра (ср. восхваление Ра в надписях на гробницах царей XIX и XX династий: «Ты — великий кот, мститель богов»).

В других традициях (например, в ряде литовских мифологических текстов) Кот-змееборец инвертируется в противника змееборца, выступающего в отдельных случаях в виде Кота противник Перкунаса (в частности и пре-жде всего чёрт) может превращаться в кошку или Кота чёрной масти, иногда с красными глазами (ср. мотив поражения Перкунасом чёрного и красного камня). В латышской фольклорномифологической традиции чёрный чёрт с коровьими ногами, сталкиваясь с громом-молнией, превращается в чёрного Кота, старающегося спрятаться около человека. В Кота может превращаться и змееборец, сказочный герой, победитель чудовища, например Иван Попялов, герой одноименной белорусской сказки (Афанасьев I, . 135). Мотив превращения героя в Кота известен и в восточнославянском цикле сказок об Иване-Кошкином сыне (чаще — Иван Сучич или Иван-крестьянский сын). В некоторых таких сказках Кот (наряду с ним иногда выступает Кот Котович, брат Ивана Царевича) может быть и воплощением или помощником змея и змееборцем. Обе эти функции соединяются в сказке о Воле Воловиче, который после каждого сражения со змеем встречается с «Котищем, вытращи глазища», грозящимся его съесть. Герой убивает Кота, надевает на себя его шкуру и под видом Кота входит к бабе-яге. Оппозиция змееборца и змея в трансформированном виде (через оппозицию «кошки-мышки») широко представлена в ритуалах и их вырожденных формах — детских играх.
 (699x559, 36Kb)
Мотив превращения Кота в человека и обратного превращения человека в Кота, как и его следствие — наличие форм, совмещающих элементы Кота и человека, неуловимость границ между кошачьим и человеческим, отчасти позволяет объяснить происхождение фольклорных имён типа Кот Котофеич, Котофей Иванович, Котонайло и т. п., а также использование «кошачьих» имён в оно-мастике.
В различных мифопоэтических традициях распространены мотивы учёного Кота Ср. пушкинскую рецепцию этого образа кота, научающего добывать огонь (Афанасьев I, № 45), чудовищного Кот-баюна, сидящего на столбе, побивающего весь люд, напускающего неодолимый сон и сказывающего сказки (Афанасьев II, № 215, 284), кошки как награды герою за службу (Афанасьев III, № 566) и др.
В низшей мифологии Кот выступает как воплощение (или помощник, член свиты) чёрта, нечистой силы. У индейцев кечуа существует поверье об особом кошачьем дьяволе, злом духе, у которого колдуны заимствуют свою силу. В японской традиции Кот рассматривался как злонамеренное существо, обладающее сверхъестественной силой. В ряде традиций ему приписываются черты вампиризма. Напротив, в Китае верили в его способность рассеивать злых духов.
В европейском средневековом искусстве получила распространение жанрово-сатирическая сцена «Битва мышей и кошек». В нач. 18 в. изображения Кота приобретают оттенок политического аллегоризма у русских старообрядцев (Кот как сатирическое изображение Петра I). Особенно устойчивы ассоциации кошек с силами зла (кошка как атрибут похоти;
Кот как символ посрамлённого сатаны в сценах благовещения). Мифопоэтические ассоциации, связанные с обра-зом Кота, получают развитие в литературе (Э. Т. А. Гофман, Э. По, Ш. Бодлер, А. А. Ахматова, М. А. Булгаков) и изобразительном искусстве (П. Пикассо) 19—20 вв.
автор статьи Александрова Анастасия
Источник: http://myfhology.narod.ru/myth-animals/cat.html





@темы: Зверики, Красивый арт, Прочие существа, Разные интересности, Сверхъестественное и непознанное, Этника, История, Традиции, Легенды, жизнь, картинки, коты, красиво, природа

03:14 

Тигры в мифологии...

Герои всегда хотят за что-то умереть, а ведь куда сложнее найти ради чего жить... (М.Гаррибальди, Вавилон 5)
Тигр - в мифопоэтических представлениях (прежде всего в ареале от Средней Азии на северо-западе до Китая и Индокитая на юго-востоке) Тигр часто выступает как царь зверей и хозяин леса. В Юго-Восточной Азии Тигр известен и как дух гор и пещер (ср. Хосин в корейской мифологии, часто ассоциируемый с духом гор сансин). В Китае Тигр почитался не только как царь зверей, но и как гроза демонов, в частности приносящих болезни. Великие маги, выступающие как устрашители демонов, как правило, изображаются восседающими на Тигре. Особые обряды связывались с представлением об огромной жизненной силе Тигра.
 (300x227, 10Kb)
Каракалпакские женщины считали, что избавление от бесплодия может быть достигнуто вкушением кусочка мяса Тигра, поклонением его следам, прыганьем через шкуру Тигра; узбекские женщины окружали особым почтением охотника, убившего Тигра, и т. п. Представления о Тигре, известные из подобных ритуалов, находят дополнительные аргументы в архаичных мифоритуальных традициях, когда речь идёт о сфере плодородия, особой жизненной силе, страсти. В этой связи приобретает особое значе-ние образ малоазийской богини плодородия с двумя леопардами или с леопардом и львом в хатто-хеттской мифологической традиции; дальнейшей трансформацией этой темы, воз-можно, является и образ героя в шкуре леопарда, льва или Тигра (ср. тигровую шкуру как атрибут Диониса, Вакха, буддийского Дхармапалы и др.). Связь Тигра с женским бо-жеством можно видеть в том, что в более позднем индуистском пантеоне тигрица соотносится с ездовым животным (вахана) шакти Махадевы. С Тигром связана и богиня Иштар, а владычица Запада Сиванму на основании архаичных китайских источников вос-станавливается как зооморфное существо с тигриными чертами.
Особое положение Тигра отражено и в широко распространённых представлениях об их связи с человеком. Некоторые народы Малайи верят, что Тигр, подобно людям, образуют своего рода социальную общность: они живут в собственных городах или деревнях. Нивхи считали Тигра особой породой людей (т. н. «люди-тигры» или «лесные тигры»); считалось, что Тигр не только нельзя убивать, но ему нужно оказывать знаки особого почтения: кланяться при встрече с ним, обращаться с мусульманским приветствием «ас-салям-алейкум». Целый этикет обращения с Тигром выработан на Суматре, где различают, что в поведении человека нравится Тигру и что вызывает с его стороны грозную реакцию. В горных районах Бенгалии охотник, убив Тигра-убийцу, кладёт на его тело своё оружие и обращается к богу с объяснением мотивов этого убийства. Нередко Тигра рассматривают как доброжелательное животное, которое может помогать людям. Так, киргизские шаманы во время камлания обращались с просьбой о помощи к белому Тигру. Связь Тигра с человеком объясняется в ряде традиций двояко: с одной стороны, способностью Тигра превращаться в человека или (чаще) способностью оборачиваться Тигром. (образ Тигра-оборотня), с другой стороны, что от Тигра или от брака женщины с Тигром ведут своё происхождение многие племена. Есть все основания говорить о Тигре как о тотемическом животном (ср. современные «тигриные» названия отдельных родов у индийских племён, наименования типа «человек-тигр», тигр или «тигриные» имена, как обозначение высшего геройства). Следы трансформированной тотемической классификационной системы можно видеть в ряде более поздних спекулятивных таксономий, где выступает и образ Тигра (таково, напр., соотнесение белого Тигра с западом, осенью и землёй в Китае и Японии; иногда с образом Тигра соотносится особый месяц; в Китае один из пяти звёздных дворцов был связан с Байху, белым Тигром, символизирующим долголетие). В христианстве Тигр — эмблема Христа (тигрица иногда рассматривается как эмблема христианства). Образ дракона на Тигре соотносится в Юго-Восточной Азии с небом и землёй. Тигр в бамбуковой роще в япон-ской традиции символизирует одержимое злом человечество в повседневном мире.
Источник: myfhology.narod.ru/myth-animals/tiger.html




@темы: ожившие мифы, легенда, жизнь, Этника, История, Традиции, Легенды, Прочие существа, Зверики

Милое безумие

главная